Внезапно он быстро прошел по комнате и стащил Сута со стула. Пакет с тянучками упал на пол.

– Мне нужна жертва, – пояснил Сейер. – Иди сюда!

Он подтолкнул инспектора к письменному столу, встал у него за спиной и взял в руки пластмассовую линейку.

– Это могло быть примерно так. Вот машина Эйнарссона, – сказал он и положил молодого инспектора лицом на бювар. Подбородок Сута уперся в край стола. – Крышка капота была поднята, потому что они рассматривали мотор. Убийца толкает жертву, жертва падает на живот прямо на двигатель, убийца держит его левой рукой, не дает подняться. Одновременно наносит ему пятнадцать ударов правой. Пятнадцать. – Он поднял линейку и принялся бить ею Сута по заднице, громко считая: – Раз, два, три, четыре, – он поднял руку и ударил его в бок, Сут слегка задергался, как будто боялся щекотки, – пять, шесть, семь, а потом он стал целиться в низ живота.

– Нет! – Сут испуганно вскочил и поставил ноги крест‑накрест.

Сейер потрепал «жертву» по плечу и проводил его назад к креслу, с трудом сдерживая улыбку.

– Смотрите, сколько раз он заносил нож. Пятнадцать ударов, море крови. Наверное, в крови было все – и лицо, и руки убийцы, вся машина была в крови, да и на земле ее тоже было, по всей видимости, немало. Чертовски жаль, что он отогнал машину в другое место.

– Во всяком случае, состояние аффекта налицо, – убежденно произнес Карлсен. – Это не просто убийство. Наверняка была какая‑то ссора.

– Может, о цене не смогли договориться? – улыбнулся Скарре.

Человека, который решает пустить в ход нож, чтобы лишить кого‑то жизни, нередко поджидает большой сюрприз, – заметил Сейер. – Оказывается, убить ножом гораздо труднее, чем он себе представлял.